Все это,
без сомнения,
занимательно,
но все это надо
прочесть...
В. Соллогуб.

Род Александровых
Приглашаем на экскурсию
в старый город
Слободской -
история в веках.
 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

   

   

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

   

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

   

 

   

 

 

 

 

 

 

   

  Написать письмо


К.Анфилатов в истории судостроения на Вятке

А. В. Рева

  
   В истории города Слободского было много именитых горожан, много достаточно громко звучащих имен, отмеченных в народной памяти за их успехи в градостроительстве, ремеслах, торговле и промышленности, а пер­вым в этом списке поставить следует имя Ксенофонта Алексеевича Анфилатова.
Сын и племянник крестьян, ушедших в промысел, а затем и в торговлю, с малых лет постигавший практику дел и взаимоотношений людей в торговле и промышленности, пошел далее своих наставников, поднялся до уровня государственного деятеля. Проекты его в области торговли и банковской си­стемы оказались востребованными и дали блестящие результаты. Да и в законотворчестве предложения его, пусть не сразу, но нашли отражение, оказали влияние на развитие производительных сил в глубинке России, в местах, называвшихся медвежьими углами
   Наверное, следуя статистическим данным, можно вычислить в цифрах экономический рост региона в период активной деятельности Анфилатовых, однако не менее интересным было бы определить рост самосознания людей из его окружения Людям свойственно следовать примеру лидеров, использовать их опыт, следовательно, коэффициент полезного действия личности способен расти во времени безгранично, с подключением к этому опыту все новых людей...
   
    Поэтому нам в оценках деятельности того или иного человека важно учитывать и наследственную сторону этой деятельности. Конечно, проще перечислить какие-то стороны и выигрышные моменты биографии человека: «Он ратовал, он брался, он способствовал тому и этому...» - то есть сказать много слов и не дать сколько-нибудь ясной картины названных действий. К примеру, масса людей, писавших о Вятских купцах и о торговле с Архангельском, упоминала о Ношуле, а что представлял из себя Ношуль, как поселение, как отправная точка товаров по «водной коммуникации», нигде не поясняется. Поневоле приходится мне - слобожанину, в меру слабых сил своих, хоть что-то сказать и о Ношуле.
     В истории Земли Вятской, писаной и переписываемой новым слогом. но по старым шаблонам, всегда недоставало реальности. Два десятка строк ( нередко противоречивых), дошедших до нас в летописях - это всего лишь отдельные фрагменты мозаики на истлевшем полотне истории, восстановить которое может лишь археология. Нам же, анализирующим документы не по букве, а по духу, то есть по реалиям жизни, нельзя принимать походы ушкуйников на Каму и Волгу за момент заселения Вятки россиянами. Названным походам обязательно предшествовало длительное освоение края, изучение бытования сопредельных народов.
  А в 1374 году Вятка могла служить ушкуйникам базой для формирова­ния судовой рати, для детальной отработки приёмов и способов нейтрали­зации нападений противника. Вятка могла способствовать походам, но при этом сохранять видимый нейтралитет. Оглянемся на мировую историю, когда все земли, захваченные военной силой, рано или поздно освобождались от пришельцев, а на Вятке этого не произошло, значит россияне на Вятке обустраивались на основе мирного вживания поселенцев, демонстрировавших миролюбие и приверженность ко всякого рода рукоделиям, в том числе и к строительству судов «В бассейне реки Камы основным центром судостроения был город Хлынов» Примем это утверждение за истину и, по пословице «Большому кораблю- большое плаванье», поведём разговор по фарватерам вятских рек и речек, учитывая, что изначально в лесном краю не было людям иных путей, кроме водных. Изначально не земля, а вода была кормилицей вятских переселенцев. Река позволяла охотнику и рыболову достичь добычливых мест и доставить добычу к поселению.
     И пока поселенцы обходились малыми челнами и лодками, проблем со строительством судов у них не возникало. Когда же пришла необходимость в большегрузных судах - вятчанам понадобилось искать и место для судоверфей. А где могли их устраивать, как не на речке Хлыновице?
    Хлыновица в пору XIII века была рекой доброй. Вытекая из больших лесов, была она полноводной и могла служить удобнейшей гаванью, укрытием для всякого рода судов и для  строительства их, ведь все материалы -лес, смола и пенька - были под рукой.И любо же было в весеннюю пору горожанам наблюдать как, подобно лебедям, выплывали из Хлыновицы на большую воду струги и челны, трепеща крыльями белых парусов!
    Оглянемся на эту роль Хлыновицы в нашей истории и не сможем не согласиться с тем, что приснопамятные нам по летописям и во многом легендарные ушкуйники должны были базироваться там же, на Хлыновице Здесь должны были располагаться их становища, укрытые кущами лесов от посторонних глаз. Здесь готовили снаряжение, здесь набирали пополнение удальцов и проверяли их на стойкость. Здесь вырабатывали тактику и стратегию походов и выжидали благоприятного часа.
   О том, что позднее вятские судодельцы по государевым грамотам обеспечивали строительство судов на Урале для транспортировки хлебных и иных припасов в сибирские города, хорошо известно. Как известно и то, что Иван Грозный, отсылавший войска для взятия Астрахани по воде, назначил вятчанина Осипа Шелому Главным головой, то есть капитаном флотилии судов. Очевидно, что вятчане уже в ту пору были не только судодельцами, но и судоводцами, хорошо знавшими нрав той и другой реки.
    Наслышаны мы и о том, на сколь успешно вело торговлю с Архангельском вятское купечество, отправляя суда по северным рекам. А вот то, что теми же путями осуществлялись и какие-то казённые, государевы, перевозки, упустили из поля зрения. В известной «расходной книге хлыновского старосты Репина» от 1678 года есть запись о даче денег на то, чтобы «...к пристани Лузе отвезти Государевы два якоря». Надо же, основатель российского флота Петр ещё в детские игры играл, а на Вятке уже заботились о якорях!  Вполне вероятно, что помянутым якорям следовало транзитом отправляться в Архангельск, а скорее всего, надлежало их приковать на вновь построенное на Лузе судно.
     1796 году Вятка запрашивала Слободской магистрат о том, кто, где и какие строит суда. Запрос касался граждан г.Слободского. Магистрат выдал справку: «В Слободском округе строил суда Вонифатий Платунов. Суда длиной 12 и 6 сажен, шириной 10 и 8 аршин, высотой 4 и 3 с половиной аршина, а строятся из пиленого тесу.
  
   В оные грузится: железо, кадцы, бураки, ведра, стулья и сита. Доставляются оные: одни вниз по вятке, наверх по Каме и Белой рекам. И возвращаются вниз по Каме и Белой и вверх по Вятке на именуемый Буйский перевоз.
А другие отправляются вниз по Вятке, Каме и Волге до городов Саратова и Астрахани, которые обратно не возвращаются, а остаются там.
На строение судов в городе удобного места нет. Доставляют товар на суда из здешних мест по малой дороге в зимнее время, на лошадях до Ношульской пристани. А там до Архангельска.
Точного описания верфей в магистрате нет, и за отлучкою Вонифатия Платунова из города по своим коммерческим делам узнать магистрату не имеется возможности».
   Много лет и я не имел возможности пополнить сведения о верфях, узнал только то, что Вонифатий Платунов брал паспорта на отъезд из города вместе с сыновьями Григорием, Иваном и Ульяном. Да в 1792 году Вонифатий взялся строить в городе «дом деревянный без фундамента, на 7 сажен, да флигель к нему на 5 сажен в улице Рождественской на пустом месте».1
А далее, в Госархиве нашласьтаки запись за 1789 год: «Второй гильдии купцом Леонтием Песьяковым засвидетельствовано верящее письмо на имя мещанина Вонифатия Платунова, дозволяющее отплытие его на построенном им судне, нагруженном полосовым железом, вниз по Вятке и другим рекам, и на продажу железа по состоящим на пути городам до самой Астрахани, на наличные деньги».
   Вот так, мастер, ещё мещанин, сам строил суда, сам грузил их купеческим товаром и отправлялся в вольное плавание, распродавая товар всем, кто имеет наличные деньги! И доплавался мастер до купеческого звания, вырастил сыновей-помощников, выстроил в городе дом и уже стал величаться по отчеству - Вонифатий Денисович Платунов, владеющий пильной мельницей «на реке Сверчихе».
   И вот ещё запись от 29 апреля 1791 года «Андрей Потапов Филин -
слободской 3-й гильдии купец - оформляет документ на сына Вонифатия. Григория Платунова, с поручением ему «сплавить барку о 8 сажен длины с товарами до Астрахани». Документ свидетельствует, что Григорий Вонифатьев Платунов уже выделен из отцовского дела и волен сам пускаться в дальние плаванья!
Впечатляет разносторонность маршрутов отправляемых слободским купцом 2-ой гильдии Леонтием Ивановым Песьяковым. В первом случае он отправляет барку, слаженную из «топорного тесу», то есть ещё по древнему способу топором тесаных досок. Судно 13 саженец в длину (30 метров), нагруженное 35 тоннами муки, 5 тысячами рогож и разной крестьянского рукоделья мелочью, вверяет все это крестьянину Нолинской округи Агапу Феоктистову Половникову - «быть на этом судне лоцманом и отправляться в Астрахань, продавая товар, а в Астрахани закупить сухой рыбы и вернуться с надлежащим отчетом не позднее будущего года».
   Документ оформлялся 2 апреля 1791 года, а 4 апреля Леонтий Иванович оформляет поручение: «Слободскому мещанину Архипу Елисееву Хлюпину ехать в Ношульскую пристань и там его разные товары: сало говяжье топленое в лагунах, семя льняное, хлебные, припасы погрузить е сделанную при той пристани барку из пиленого тесу и сплыть до г.Архангельского, где и продавать товар по сходной для меня цене».
    23 апреля тот же Леонтий Песьяков оформляет доверенность на имя лоцмана Карпа Лежнина, которому поручает: «на сделанном из пиленого тесу судне в 8 сажен длины, на Усть-Чепце, отправку разной деревянной посуды, называемой «гарешенной» и бураков, и всякой мелочи до Астрахани».
   И как не обратить внимание ещё на одну запись, свидетельствующую о том, что в 1798 году магистрат взял под контроль судовое строительство -новая запись в журнале говорит о требовании «чтобы Вонифатий Платунов по построению двух заказанных ему барок дал знать о том магистрату для освидетельствования барок. »
   Самой же главной записью, подводящей черту под моим поиском, явилась фраза: «Вонифатий Платунов поставил пильную мельницу в 1780 году на старом плотбище». А слово «плотбище» в старину обозначало место строительства судов! Значит, выражение «старое плотбище» следует понимать как старые судоверфи! Старые, где суда строились по старинке не из пиленого, а из «топорного тесу»!
   И Ношуль в документе помянут не зря. И в Ношуле жили слободские судостроители Платуновы, «упражняющиеся в распиловке леса».
     Даю выписку из документа 1801 года «Купец Михаил Андреев Платунов 51 года с женой Надеждой Романовной имеют сыновей: Илью 21 года и Петра 15 лет. Дом в Бережной улице, на левой стороне».
    Другие документы магистрата говорят, что ещё в 1787 году к Михаилу Платунову был предъявлен иск «торгующих при Архангельском порту купцов, по вексельному долгу на 29 тысяч рублей. Тогда проживающий в Ношульской пристани при своём пильном заводе слободской купец Михаил Платунов объявил себя несостоятельным к платежу в силу случившихся с ним несчастий».
Продолжение...

Назад


| Главная | Встречи | Новости  |  Гостиная  |  Читальный зал  | Архив  | Авторы 
| Ссылки  |

© Copyright  2005. Все права защищены. г.Слободской,Кировская область. Библиотека им А.Грина.  
 


Слободские купцы  

 

Самовары  Поповых 


Знаменитые ученые 


Неизвестный план города
г.Слободской в 1856г.

с графом Н.П. Румянцевым

Волковскому храму – 230 лет

Часы слободских мастеров


 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 
качественное проектирование судов на заказ.
Сайт управляется системой uCoz